пятница, 23 декабря 2016 г.

Чёрный алмаз


      Скитаясь, осколки звёзд, белый свет небесной и горной тундры лезвиями чёрных угольков касались. Из вечной дрёмы времени чёрной ночи, скрытая в тайных мечтах, летела чернее сажи бездомная Птица метеорит. Её совершенною красотою была непроницаемая чернота. Выглядела предрассветная создательница миров Птица метеорит, как горящий чёрный алмаз, с пульсирующими отсветами сверхновым сердцем и длинным светящимся хвостом. Риза оперения звезды блестела, как белый камень, хотя на самом деле был черный. На пустой Земле таких изысканных алмазов с матовой чёрной поверхностью в природе не бывало, их рисовали словами. Небесный черный алмаз был огромной величины, и очернённая огранка у него блестела в непроницаемых лучах темнее тёмных планет и ночи. Приближаясь, голова становилась ярче, больше, ослепительнее, а дыхание горячее. Крылья радующегося встрече чёрного алмаза сорвались с небесной тверди, когда окутанное Лунной тенью в просторах холода дрожа Солнце, прочь укатилось.

      Птица метеорит, в кромешной темноте ураганом падая, ослепила и накрыла своим хвостом тайгу, тундру и скалы. Охвативший пламенем небесную высь огненный взрыв деревья в тайге зажёг, тундру обугливал, скалы горных пиков оплавил. С громоподобным треском ужасный пожар поглощал горно-таёжный мир. Языки пламени и клубы черного дыма поднимались в небо из-подо мха и ягеля. Небесное тело упало, разрезая рваные раны о вечную мерзлоту, ушиблось крыльями, хныкая черными перьями, издав вопль ребёнка, мгновенно подскочило и обратно вернулось между безумных звёзд в небо бурь. Металась, крича, удалялась вольная птица с бледным лицом прочь от капканов горных хребтов, чтобы мириться с собственной летучей душой. На глазах у всех звезд, на миг, сладостно забывшись, птица чуть-чуть не разбилась. Опалённая горная тундра, не угнавшись за искрой птицей, сотрясалась так, что лабиринтам скалам трудно было стоять на ногах. За обломки цеплялась, в испуге бродяга гром высоко поднял голову, увидел меняющее путь небесное тело, вспыхнувшее миллиардом абсолютно светлых солнц с тысячами мерцающих черных кристаллов. Необыкновенное сияние огнем зажгло очарование ярко-ярко рыжих глаз молний в окружении огарков гор.

      Всю ночь без перерыва, шёпотом глухо катился гром и бредил в притихшей путанице мерцающего горения. Раскаты сиротливо росли у проснувшегося грома, и они катились в пространстве хмуро огненной лавой, чтоб коснуться недосягаемых высот. Тихо падали чёрные перья на сугробы горькой боли и тёмную воду талого ручья. Опрокинутая перелетная Птица метеорит воспарив, неудачно запрокинула грустную голову, льдинками звездными дождем в небе плакала, изменою догорая. Из густо-чёрных глаз слезы на скалы порывисто падали иногда сбиваясь с путями жгучих линий молнии.

      Во мраке из поднебесья почти вслепую не сворачивая, нежностью прозрачно чёрные капли дождя следы чертили в замерших от счастья сердцах дрожащей тундры, росою звездопада кусочки Солнца зажигали. Ударами вдоль огарков толщи чёрного гранита длинные острые капли чёрного льда на звездочки крошились, переливами света смывали озноб, боль, тоску, исцеляя раны, рассыпались в золу. Покрытый чёрным льдом в избытке чувств могучий бурлящий ручей, изгибом нацелился на горящую звезду с чёрной чистотой. В бурлящей воде хрустальной, за обломки изморози цепляясь, в глубине блестящей пены не остывающим теплом жизнь пробивалась, необжитое обживая. В том месте, где упала Птица метеорит, из глубины бурлящего ручья не исчезло чудо дивной красоты. Без утраты внезапно засияли блестящие, как бездонные чёрные глаза в печали и радости, чуть тлея чёрные алмазы.

      Русин Сергей Николаевич

      Моя Тофалария

Комментариев нет:

Отправить комментарий