пятница, 29 сентября 2017 г.

Дух, дающий жизнь


      Загадочные изображения солнечного диска и северных оленей, парящих над горами, встречались на старинных каменных плитах по всей территории Южной Сибири. Оленные камни, наскальная живопись, археологические находки и предания, дали повод путешественникам назвать эти далёкие времена «Оленьим веком». В настоящее время «Олений век» продолжается и здравствует в Восточных Саянах. Для коренных народов северный олень всегда составлял основу культурной, социально-экономической и духовной жизни. Тесная связь между человеком и животным миром выражалась в этих взаимоотношениях, ведь таёжное оленеводство имеет тысячелетние корни. Чтобы стать кочевым таёжным оленеводом - охотником, понадобилось время, чрезвычайные обстоятельства, могучие просторы природы и чистота помыслов. При отступлении ледника кочевые таёжники следовали за оленями, научившись устанавливать западни для животных, приманивая и приручая их. Оленеводство зародилось в Саянских горах и повлекло за собой важнейшую культурную революцию, распространившуюся на Север. Вьючные и ездовые олени сделали доступными пространства гор, тайги и тундры на просторах Евразии. Наши предки без тени сомнений выбрали этот героический путь, поначалу наугад, но с тысячелетиями глубже видя суть. За первооткрывателями, чувствующими дух времени, всегда идущими вперед к своей цели, оленеводство стали практиковать 30 новых оленеводческих народов в 9 странах мира.

      Оленеводство подразделялось на два вида: таежное и тундровое. В тундре стада мигрировали на берегах северных морей и оленей разводили для мяса. Таежное оленеводство существенно отличалось, для него характерны небольшие стада и отсутствовали длинные миграции. Животные паслись без человека, периодически подходя к месту стоянки оленеводов, и спали под открытым небом, где застала ночь. Традиционным жилищем для таёжных оленеводов являлся чум, конической формы. С крутой поверхности чума снег скатывался легко. В чуме всегда прозрачный воздух, дым от очага висел у самого верха. Форма конуса способствовала оптимальному распределению тепла, дойдя до дымового отверстия, создавала зону повышенного давления и как пробка, закрывала доступ в чум холодного воздуха. Летом её не могли преодолеть комары. Очаг живого огня у кочевников, имел очистительную функцию от злых духов. Упорные и трудолюбивые кочевые таёжники по утрам детально обсуждали виденные ими сны и принимали решение, когда куда кочевать и какого зверя промышлять. Результат всегда, был положительным.

      Благодаря постоянным миграциям Северных оленей покров ягеля в горной тундре не уничтожался полностью и успевал восстановиться. Олени чуяли ягель даже под слоем снега. Широкие копыта позволяли перемещаться по рыхлому снегу и раскапывать его в поисках пищи. Оленьи пастбища занимали на планете четвёртую часть всей суши. В России оленьи пастбища составляли более двадцати процентов всей площади страны. Вплоть до бронзового века северные олени лесной подвид встречались не только в высокогорьях, но и в лесном поясе и лесостепи юга Сибири. Область распространения постоянно сокращалась, дробилась, звери отступали в менее измененные человеком ландшафты. В настоящее время размещение группировок северных оленей лесного подвида сохраняется в Саянских горах.

      На склонах Восточных Саян живут таёжные кочевые оленеводы - охотники, ведущие традиционный образ жизни, кочуя вдоль высокогорных хребтов. Это одна из самых малочисленных и самых южных на Земле народностей приручивших северных оленей и занимающихся таёжным оленеводством.

      Мужественные люди в конце ледникового периода, используя опыт тесного контакта с оленями многих поколений, действительно научились одомашнивать северных оленей, приручая диких оленя. Внесли огромную долю труда, ума и изобразительности превращая северного оленя из объекта охоты в объект организованного животноводства. Таёжные люди не стремились изменить оленя, а попросили милого, доброго скитальца тундры и тайги жить рядом. Старались сохранить и развить в нем природные особенности, прежде всего, его способность круглый год самостоятельно добывать себе корм в самых суровых условиях. Прирученные северные олени жили на вольном выпасе, а от диких животных отличались тем, что в случае опасности надеялись на защиту таёжных оленеводов. От оленей таёжники получали молоко, рога, материал для жилищ, использовали их в качестве вьючных и верховых животных. С оленем связаны основные ремесла. Шкура северного оленя считалась одной из самых теплых, в который можно спать на мерзлой земле и снегу. Из оленьих шкур шили теплую одежду, в которой можно работать в лютую стужу. Из продубленной замши шили легкую и прочную летнюю одежду, спасающую от дождей, ветра и комаров. Обувь, сшитая из камуса, была тепла и прочна. Верхом на олене охотники выслеживали соболей, изюбрей и медведей. Прирученный олень и к диким зверям незаметно подвозил охотника на верный выстрел. Верхом на неприхотливых и практичных оленях охотники освоили огромные горно - таёжные просторы и быстро передвигаясь по глубоким зимним сугробам.

      По поверьям, все, что окружало оленевода и добывалось им в промысловом деле, давалось высшими силами, а потому надо было с благодарностью принимать их дары и стараться не обижать духов-покровителей своими поступками. Упоминания о таёжной культуре жили в древних мифах Восточных Саян и передавались изустно из поколения в поколение, от отца к сыну. Обряды почитания крылатых оленей - птиц, посвящённые Солнцу сохранились до наших дней. Олени, покровители кочевников, назывались солнечными, а оленята – детьми солнца. Где каменные вершины острием до неба доставали, чистый чум сооружал брат Солнца оленя – старейшина способный с оптимизмом смотреть в непредсказуемое будущее. Разжег огонь в костре и осыпал золотым песком лезвие чума и тропинку лазурного стойбища. Выбирал оленя белой масти с красивой отметиной, подходящего для посвящения Вечно синему небу. Рога и уши несравненно роскошного оленя украшал белыми, красными и жёлтыми лентами, на боках выстригал знак солнца и натирал золотой пыльцой. На таком крылатом олене старейшина в дни летнего солнцестояния отправлялся в путь по золотой тропе оживлять животворящее Солнце. Его злато сияющий, злато лучистый, творящий, излучающий, милостивый Дух дарил свет и жизнь. Мудрый Дух, щедро дающий разум, идеальное здоровье и продление земной жизни, силой стремления превращал туман внутри сердец кочевых таёжников в раскалённое и пылающее солнце.

      - Мы – оленный народ. Оленя нет – нет тех, кто владеет оленями, то есть таёжных оленеводов. Мы не боимся смотреть в глаза Солнцу оленю и не хотим жить иначе, - звучали добрые пожелания старейшины поверившего в силу Солнца оленя. - Бывает ровной не всегда тропинка. Из любых испытаний и превратностей погоды найдёт выход Солнечный олень - личный тотем кочевых таёжных оленеводов - охотников. Не погаснет огонь в чуме последнего на планете кочевого оленного народа.

      Оленя за выносливость, быстроту и легкость бега предки называли «таёжными крыльями». Покорно и старательно от стойбища к стойбищу кочевали по тропам заснеженной горной тундры, зарослям кустарника, каменистым рекам и болотам, караваны оленей под окрики верховых седоков, вечных скитальцев тайги, ровной размашистой поступью с взгромождёнными на спину вьюками. Олень чуток и осторожен. У него тонкое обоняние, отличный слух, зрение и опасность далеко, может зачуять. Олени дружны, общительны и добродушны, никогда не подведут, всегда выручат таёжников.

      Таёжные оленеводы кочуют в неукротимом стремлении к вечному пути по тайге иногда за необходимыми вещами заезжая в оседлые посёлки, не меняя образ жизни, целиком зависящий от северных оленей. Олень для них средство передвижения по труднопроходимой горной субарктической тайге, друг и помощник. При очень тяжелой жизни в горных отдаленных стойбищах опытные оленеводы довольствовались малым и при этом были счастливы, не отвергая блага цивилизации - спутниковую связь, аккумуляторы, телевидение, оружие. Пока существовал главный кормилец, прирученный северный олень хранитель надежды, не менялась основа их жизни, следовательно, сохранялась целеустремленность и самобытность. Вместе с оленем открывались таёжникам горизонты, очерчивающиеся дивными горами и верой в себя.

      Непревзойдённые охотники и знатоки тайги работали незаменимыми проводниками у исследователей, путешественников и туристов. Таежное оленеводство привлекало туризм и организаторов баз отдыха у древних становищ кочевников, устроителей познавательных маршрутов, развлекательных мероприятий для семейного досуга. Таёжники дружественно настроены к гостям и с радостью посвящали в свою культуру людей из других регионов. Не случайно одним из самых популярных развлечений у детей оставалось катание на оленях. Встреча с оленем предоставляла шанс выразить нежную любовь, которая распахивала двери в мир новых приключений.

      На протяжении веков из поколения в поколение у таёжников передавались традиции бережного отношения к окружающему миру. Таёжные кочевые оленеводы - охотники никогда не брали от природы больше, чем необходимо для пропитания и проживания. Таёжники терпеливо переносили все трудные испытания: время отела, комариную пору, период оводов, брачный сезон оленей, глубокие снега, короткие дни, темные ночи и время самых сильных ветров и дождей. Ухудшение погоды, метель предвещали олени, валяющиеся в снегу и сгруппировавшиеся в одном месте. Во время зимних морозов олени всегда подвижны, так они сохраняли тепло, набирали энергию. С появлением первого олененка связывали таёжные люди приход весны, поэтому его рождение торжественно отмечалось в оленьем стаде. От отела зависело благополучие всего года и ни одна другая оленеводческая пора не вызывала у таёжных оленеводов столько переживаний. Первый олененок вставал на свои тоненькие и слабые ножки по истечении суток и противостоял злым натискам природы. После его рождения две недели в стадо жило спокойно, лениво, тихо и сонливо под ласковыми лучами солнца. Оленеводы на комариный период перекочевывали на обдуваемую ветрами горную тундру и сооружали дымокуры. Северные олени в летнее время в вершинах Саян находили обильную пищу, линяли и меньше страдали от комаров и оводов. Осенью у оленей прекращался рост рогов, начинала сдираться бархатистая кожица, покрывающая рога. Зимой до последнего самого короткого дня таёжные оленеводы охотились на соболя по снегу.

      Дикие олени боялись людей, агрессивно к ним настроены и не давали подойти, не брали корма из рук. Прирученные олени не пугливы, привыкли к запахам, сопровождающим присутствие человека. Домашние олени привыкают к определенным местам и путям кочевий, выбранными таёжниками. Подошвы копыт снегоступов у домашнего оленя более широкие и округлые, чем у дикого оленя, по следам таёжники отличали их и определяли присутствие дикого оленя в стаде домашних. Если люди не разумно управляли стадом оленей, олени уходили на чужую территорию, домашний северный олень быстро дичал и часто самцы дикого северного оленя отбивали важенок. Стадо диких оленей постепенно освобождалось от домашних, которые не обогащали промысловую фауну, а отставали и терялись. Прирученный северный олень результат труда сотен поколений кочевых таёжных оленеводов и охотников, и без человека он существовать не мог. В давние времена сложилась кочевая форма таёжного оленеводства и являлась основным источником существования в труднодоступных и малонаселённых Саянских горах. Развитие оленеводства главное условие сохранения традиционного образа жизни коренных обитателей. Таежное оленеводство невозможно измерить и оценить в деньгах, с оленем связана мудрая философия жизни, миропонимание увлекающая за собой кочевой народ в будущее. Не случайно в переводе с древнего Сибирского языка очень лаконичное слово «олень» значит «Дух дающий жизнь».



      Русин Сергей Николаевич

      Моя Тофалария

Катышендигеру

Комментариев нет:

Отправить комментарий