понедельник, 18 июня 2012 г.

Унэр


Разогнал постепенно серебристый закат облака,
Освежающий верховик дующий с гор Барбитая,
Не погасить ему угли кочевого костра,
Запекающего хариус на березовой палочке.
Руки греет чашка соленого чая с молоком,
Родового оленя из небесных стад Кара-Чогду,
Знакомые воспоминания, подбирая украдкой,
Про охоту, бесконечные тропы и цветущий багульник,
Про восход лучезарного солнца и счастливые дни,
И амулеты светлых снов и добрых пожеланий.

"Унэр.(Восход) Тофалария".(Унгуштаева Мария, род Кара-Чогду). Тофалары (Тофы). Портрет. Живопись. Холст. Масло. 80-80см.

      Русин Сергей Николаевич

      Моя Тофалария
Воспоминания будущего

      Перекочевывая по каменистым рекам Мандрык, Мантагыр, Барбитай, Ожигай, срастаясь с горами по перевалам Хурэгтын-Дабана, тропою трудною к мечтательному счастью. Глотая жадно крупными глотками туманы, в безмятежности, покое, тишине и озарении, вдруг таежница Чол наполнялась таинственною мощью. Таежница понимала понемногу, вернувшись в высокогорную тундру, на родовое стойбище в вершинах Саян, она оказалась рядом с бесконечностью. Случайно таежница обнаружила на стойбище потерянный амулет своей юности, частично измененный, но всё ещё узнаваемый. Она смотрела в него как в зеркало без стекла, как в записную книгу. Ветер памяти сразу принес много разных воспоминаний. Но никакой ураган не мог унести острые новеллы, о счастливых днях, проведенных с любимым Чогду. Амулет бережно разбудил в сердце призрак большого чувства, согретого светом былой любви в виде ярких образов. Ощущая реально старую легенду, красивый миф о своем прошлом. Наполнил значимостью свою жизнь. Разбудив яркие чувства, таежница проживала их заново, испытывая яркие ощущение. В иллюзорном и инопланетном мире гольца Тас-Даг, изумленно и восторженно смотрела, не дыша на картины прошлого. Уходили из нервов усталость и повседневные заботы.

      Хроника событий на амулете начиналась с воспоминаний о детстве. Внизу восхищал суровой красотой поток Кара-Бурень, светилось ожерелье бирюзовых озер по притоку Сайлыг, и впадающий в нее Орукунэр-Сайлыг притих, с гольца разбиваясь в капли, стекал Сан-Гас. Воспоминания чередовались, наполняя жизнь смыслом. Полями цветов пылает Саган-Дайля, Хуруг-Ой, непостижимая тайна ледника на века. Шара-Ой, туго бьется о скалы пеной вода, Стрелка с Кадыр-Ос, мысли и чувства в небеса, Таштыг-Ой, горные духи к перевалам зовут, Чуглым, легенды Тофаларов чередою идут, Орта-Ой, олени стадом подымаются в облака. Чатырлыг-Ой, чумы охотников стоят вдоль ручья, Холба-Кадыр, щерлопы и стены из камня и льда. Кушоя, потоки из перламутра и хрусталя, Ханныг-Кадыр-ос, нереальная живописная сила, Гольцовые озера и отраженные в них небеса. Слышен стук сердец, это их родовой голец Хамжур- Тайга.

      Непреходящий мир прошлого, стремительно прорывался во преходящий. Разбудив внутренние переживания, словно сны и видения. Тревожащие переживания, всплывали в сердце, таежница и не могла она совладать с чувством душевной боли, радости, обиды, изумления, гнева, восторга, печали, счастья, ревности или сожаления и избавиться от этих переживаний. Рисунок на амулете был начертан судьбой с начала их знакомства, так что встреча с Чогду была связана с внутренними эмоциональными переживаниями. Таежница стала восстанавливать старый амулет и воспоминания о внешних событиях собственной жизни. Ситуации, не дающие покоя, стала рисовать на амулете в виде небольшого рассказа. Лентами и кусочками меха точно воспроизводила все события, восстанавливая детали. При этом подробно ощущая чувства, которые были вызваны в прошлом.

      Влюбленная в вечную небесную бесконечность, в облаках, солнце, ветре купаюсь, кобальта синеве легко растворяюсь, искренне счастлива и, улыбаясь, видела Кара-Чогду в глубине глаз своего любимого Чогду беспечность. Вокруг них чистотой звенела бескрайность, времени для сердца не существовало, одни мгновения. Над ними вершина Эред-Ундэр и кочующий снегопад, между двумя стихиями они легко растворялись, отражаясь в своих мечтах и стихах. В глубине души она ясно не понимала, что же на самом деле произошло с ними. Она помнила его улыбку и уже с этого момента их жизнь становилась сложной. Много раз она пыталась объективно рассмотреть свою жизнь. Все произошло, быстротечно, подобно чуду. Далее все кочевые воспоминания расплывались. Рассмотрев на амулете эту описанную ситуацию, как черновой рисунок, таежница много раз переписывала историю своей любви в более красивом живописном варианте. Медленно кочуя с новым рисунком навстречу своим мечтам. Вспоминая, как выше радуги бегали по росе босиком, таежница вступала в разговор с Чогду и рассказывала ему свои чувства. Тепло сердца легкой грустью или мечтательным восторгом, отражалось в его глазах и искренних словах. Он отвечал заботой и нежностью. В глубину его глаз, она вновь окунулась с легким вдохом. Видела по ночам его светлые сны и сердце горело пламенным огнем, и была ближе тишина, в ней его шепот и далекие голоса. Пыталась понять мотивы поступков своего любимого. Советовалась с ним, сочувствовала и прощала глупости. И начала сочинять и обрисовывать на амулете собственную сказку их любви, показав себя в новом, более выгодном свете. Подвязывая новые яркие ленточки, создавала личный миф, изображала свою маленькую счастливую историческую правду. В вечности амулета Воспоминания о Будущем, вырисовывался ее миф поиска совершенных и идеальных миров. Пыталась истину понять влюбленным сердцем, таежница умом старалась красоту и счастье осознать и зафиксировать в частичках амулета. Включала иллюстрации рождения их вчерашней счастливой кочевой цивилизации и будущность. Сбегая в прошлое от остывающих чувств, нашла силы очерчивать свой возврат в настоящее. Множество событий, которые ещё не произошли, но произойдут, со временем, так и с местом волновали таежницу. Будущее не предопределено, и таежница сама творила его и оно зарождалось из переосмысления прошлого. Верные выводы о прошлом, приводили к правильным выводам о судьбе. В модели счастливого времени ее амулета в будущем иногда повторялся рисунок, что уже был в прошлом.

      С помощью художественного воображения, на амулете она меняла времена года в рисунке движений таежной тропы. Оставляя позади, когда-то неверно обрисованные видения и мысли. Звёздный путь очертил оптимистические перспективы из прекрасных прежних оных дней. таежницы , увидела быль и завтра, вечных снегов играющих белизной, Кодаек, цветом прозрачно-хрустальной, и судьбы не земной. Тайлы-Ой, холодом ледника и зноем лета, Горо-Орагты-Ой, наполняла душу глухой тишиной. Буштыг -Ой, цветом горных склонов цветов золотой, Бургутуй, согревала лицо солнечной теплотой.

      Таежница понимала, как жила, делала прежнее время много хорошего, и в свое время винила себя за прошлое. Время это ушло во вчерашний день, и оно больше никогда не вернется. Таежница открыла сердце новым эмоциям в воображении, как будто существовала в новой, ранее знакомой, грядущей межзвёздной кочевой цивилизации. Она продолжала чертить новые записки в памяти амулета. Сердце стало чувствовать себя счастливо. Таежница вновь приветствовала будущие времена в золоте восходящего лучезарного солнца, не забывая поблагодарить минувшее серебро заходящего безоблачного светила.

Комментариев нет:

Отправить комментарий